Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

пошлость

Пошлость - всеотравляющая, неуловимая, непереводимая на другие языки - кажется, так и "ушла непобежденной": ключевой знак в русской культуре двух веков вышел из обихода, хотя удовлетворительного денотата так и не получил.

Осмелюсь предложить свое определение: пошлость есть обнажение репродуктивной стратегии. Обнажение не в смысле открытия или объяснения; книги вроде "Полового отбора" или "Эгоистичного гена" не воспринимаются как пошлость (более того, работают как противоядие). Пошлость - это когда репродуктивную активность, причем обязательно хотя бы потенциально успешную, нам демонстрируют.

Жирный купчик пошл поскольку жирен, успешен, самодоволен, "любую купит"; но и обтерханный студент пошл тем, что "интересен", "имеет шансы". Пошл и пламенный революционер - до тех пор, пока он действует по соответствующим канонам, пока у него развеваются волосы и горят глаза, пока засматриваются барышни. Каноны могут быть сколь угодно сложны и утонченны - но "что работает, то работает": невероятно, обнаженно пошлы почти все герои "Темных аллей" Бунина.

И как раз во времена Бунина, парадоксально, пошлость "ушла". Не то чтобы забылась, но как-то "устарела". Конечно, не Бунин ее задавил (хотя и без него не обошлось). Просто времена "скрипнули и повернулись". С "Мастера и Маргариты" закончилась эпоха пошлости - началась эпоха попсы.

Попса и невиннее, и испорченнее пошлости. Испорченнее постольку, поскольку почти всегда осознанна: приемчики, темы выбираются из известного набора, который "идет" сегодня; попса агрессивнее, знает свою попсовость и выставляет ее, оккупировать мозги для нее есть цель существования, поддерживаемая естественным отбором (что совсем не так для пошлости: она всегда "ненарочно", по наивности, по ограниченности; можно быть и нарочито пошлым, но только с очень специальными целями). Но попса же и невиннее: она не показывает, а сама есть репродуктивная стратегия; главное - она своей цели еще не достигла в момент сочинения, ее успех или провал творится на наших глазах и в наших же мозгах. Пошлость говорит "я красив" (в реальности можешь быть красив или уродлив, пошлости высказывания это не отменяет); попса старается сделать красиво, но бежит самодовольства: хвастовство уже не работает, "не нравится".

Кажется, пошлость ушла потому, что перестала работать. Раньше можно было репродуктивный успех купить и рассказать об этом; теперь купить можно по-прежнему, но рассказать уже нельзя... то есть можно, конечно, но новых успехов это уже не приносит. В этом смысле пошлость действительно "побеждена".

Эволюция как Контакт

Дочитал ученый труд Ю. В. Чайковского "Эволюция". Много думал.

Хотел было написать "плакалъ", но это все-таки было бы уже немного слишком. Плевался, скорее.

Утешает одно: все-таки Ю. В. Чайковский, насколько я понял, не вполне биолог. Он историк науки. И ученик Мейена, который был вроде бы геолог. Так что все-таки есть шанс, что российская биология - она не вся такая и даже, может быть, не на большую часть. Но утверждать точно не берусь.

Книга представляет собой подробное изложение истории и теории номогенеза, являющегося русским изводом ортогенеза. Который, якобы, единственный дает ответы на вопросы, мучающие современных эволюционистов. Тут же и подробнейшая критика дарвинизма и вообще "современного синтеза". (А особенно - кладистики, это для автора вообще самое страшное зло и мерзость.)

Если очень коротко, то защищаемая автором теория (не его, разумеется - история у нее богатая и давняя; про Берга я уже писал когда-то) заключается в том, что мутаций и отбора для объяснения эволюции недостаточно. Есть "еще что-то". Некий "буксир". Организмы, оказывается, каким-то непонятным образом ЗНАЮТ, как им лучше всего изменяться и эволюционировать. А случайные мутации - это так, мелочь, чуть-чуть чтоб подрихтовать то, что у них получилось.

Из книги мы узнаем много удивительных вещей. Например, оказывается, что защитная окраска насекомых - бесполезна, то есть ничуть не помогает им спасаться от хищников. Да, да. Потому что Любищев (а уж он-то был биолог, полевой! вот вам!) в каком-то письме писал, что это "наивный маскарад" и что птицы все равно их едят. Во как! Непонятно, почему об этом грандиозном открытии до сих пор не пишут во всех газетах. И даже креационисты почему-то молчат, хотя для них это ж какой царский подарок бы был.

(Простая мысль о том, что защитная окраска помогала насекомым прятаться не только от птиц, но и от Любищева, автору в голову не приходит. Что характерно, но об этом ниже.)

Еще мы узнаем, что кладограмма - это не то, что строится специальной программой как наиболее вероятное генеалогическое древо для данного набора признаков у разных видов. Ничуть! Оказывается, кладисты начинают с того, что сортируют - своим волевым решением! - все эти признаки: сначала будем делить по симметрии тела, потом по позвоночности и т.д. Кладограмма же, если верить Чайковскому, прямо вытекает из этой априорной сортировки. Правда, тогда не совсем понятно, зачем кладистам все эти сложные программы? И откуда там берется вероятность? Всю процедуру в изложении Чайковского можно было бы проделать карандашом на салфетке. Мда, темнят они что-то, не иначе.

Впрочем, ладно. Не это интересно. Мне, как всегда, намного любопытнее попытаться понять, откуда такое берется. Вообще, почему именно эволюция вызывает такое количество споров и сомнений? Хорошо бы только креационисты - им, понятно, религия велит. Но Чайковский и вся русская номогенетическая традиция на религию вроде бы нигде не опираются.

Здесь другое. И мне кажется, после прочтения этой книги я начинаю лучше понимать, что.

Значительная доля научной фантастики "золотого века" была посвящена теме Контакта с нечеловеческим разумом и попыткам понять друг друга. Решения были на любой вкус - от самых оптимистических ("законы разума одни", Ефремов) до самых пессимистических ("нам никогда не понять", лемовский Солярис). Пессимистов, понятно, было больше (как всегда).

Чайковский же натолкнул меня на простую мысль: не нужно искать инопланетян. Нечеловеческий разум - он уже здесь, на Земле. И действует. Это - эволюция.

Разумеется, разумом она может быть только в нашем восприятии. Мы так устроены - если видим что-то сложное, начинаем думать кто, как и зачем это сделал. Так что уже в самой этой метафоре - эволюция как Контакт - есть уступка "нашим слабостям". Так же как герои "Соляриса" все время пытались приписать Океану цели и разум - и осознавали это, и одергивали себя, и снова съезжали в то же самое. (Мне кажется, даже сам Лем так до конца и не освободился от антропоцентризма, хотя вся его книга - о борьбе с ним.)

Нет, эволюция является стороной Контакта в некотором значительно более узком смысле: просто она делает то, что хотел бы делать и человек (меняет, усложняет, даже изобретает), но делает это НЕ ТАК, как сделал бы человек. И люди, похоже, очень сильно различаются по тому, насколько они способны понять это "не так".

Здесь бесполезна сообразительность того типа, который помогает одному человеку решать задачи, поставленные другим. Наоборот - надо научиться (или от рождения уметь) НЕ мыслить как человек.

Лично меня в этом смысле торкнуло, когда я прочитал об одном эксперименте по моделированию эволюции. Взяли квадратную матрицу, в ячейки которой можно было вставлять стандартные радиодетали и проводники, и поставили задачу: сигнал одной частоты, поданный на вход, передать на выход, сигнал другой частоты не передавать. (Излагаю по памяти, могу наврать в деталях). Ну и, естественно, начали с случайного набора, ввели мутации и отбор по близости реального выхода к идеальному. Эволюция закрутилась. Через сколько-то поколений задача была решена. Но когда стали внимательно смотреть на схему-победительницу, зачесалось немало реп. Оказывается, схема эта не работала бы без паразитной связи между двумя соседними ячейками. То есть дефект, от которого любой инженер избавился бы первым делом, эволюция без малейшего смущения использовала как важную часть своей конструкции.

Мне кажется, что убежденные противники эволюции - они просто слишком старательные инженеры. Для них мир есть матрица, и они очень хорошо знают правила расстановки элементов в ее ячейках. Всевозможные паразитные связи либо не приходят им в голову, либо отсекаются как нечто априорно вредное и потому неважное.

При чтении Чайковского меня не покидало ощущение, что он говорит на каком-то другом языке. Не то чтобы он знал что-то, чего не знаю я, или понимал что-то так, как понимает математик, чьи выкладки я могу следить с пятого на десятое. Нет. Чаще всего мне было просто непонятно, ЧТО именно здесь непонятно ему, и как это может быть вообще непонятно, или понято таким странным образом. Уверен, что при чтении дарвинистов он испытывает примерно те же чувства. Несовместимость на каком-то базовом уровне.

Простой пример: симбиоз. Два вида существуют вместе, помогая друг другу, и по отдельности бы не выжили. Казалось бы, ну что тут такого особенного? Но у Чайковского этот пример вызывает бурю эмоций. Ведь здесь никакой не отбор, поскольку отбор есть конкуренция, а здесь мы видим сотрудничество, - пишет он. Ну-ка, где в дарвинизме сотрудничество? Нету! Не работает ваша теория. Как минимум, нужен "какой-то общий принцип, частными случаями которого могли бы считаться и отбор, и сотрудничество".

Ась?

Я много раз перечитывал это место, пытаясь понять, обо что здесь спотыкается автор. Почему то, что так очевидно мне, он не видит в упор?

Кажется, понял. Не поручусь, что понял правильно, но другого объяснения я не вижу. Просто каждый раз, когда он произносит, например, слово "отбор", он представляет, как этот отбор производил бы лично он, Ю. В. Чайковский. Понятно, прежде всего он бы определился, что именно отбираем, по каким признакам. Дал бы тысячу первое определение вида. Отсортировал бы ежей от ужей. И уже тогда бы отбирал - по четко определенным правилам и критериям, записывая результаты в книжечку и выдавая победителю сертификат на выживание, в рамочке. И разумеется, если бы какие-то виды вдруг вздумали хитрить и устраивать симбиоз на рабочем месте, он бы воспринял это как личное оскорбление. Что за самоуправство! Вы конкурировать должны, а не это самое! Конкурс на лучшее сотрудничество в соседнем зале, а здесь попрошу!

Чайковский неспособен представить себе, что настоящий отбор действует совсем не так. Что, собственно, никакого отбора и нету, так же как и сотрудничества, и даже видов. "Это все в моей голове." В реальности - единичные акты выживания и размножения разных штук, каждый раз по причинам совершенно материальным и отчасти случайным. Даже штуки эти, которые выживают, не обязаны быть организмами или видами - они могут быть генами, клетками в организме, популяциями, целыми биологиями. Чем угодно! Полный ноль общих принципов или априорных классификаций. Полный ноль даже каких бы то ни было понятий, как ни ужасно это звучит. Нет ничего, кроме простейшей тавтологии: нечто выжило, потому что оно выжило. И все.

Теория же эволюции - это просто статистическое описание результатов огромного количества таких выживаний или невыживаний. И, понятно, поиск в них каких-то закономерностей или принципов. Но именно поиск, а не подгонка. Если в голове Ю. В. Чайковского "отбор" несовместим с "сотрудничеством", это не значит, что в природе есть нечто, соответствующее этой несовместимости или даже самим этим понятиям. Реальности нет никакого дела до границ между ячейками в матрице инженера. Случайно появляется некая новая штука, которая по какой-то причине выживает и размножается достаточно устойчиво и вместе с тем гибко для того, чтобы дожить до наших дней (при то и дело меняющихся условиях среды) и быть обнаруженной биологом. А что это именно за штука - один вид или симбиоз двух - эволюции совершенно неважно.

После того, как я стал немного понимать склад ума автора, читать книгу стало легче. Многочисленные недоумения по поводу зашоренности и непонятливости дарвинистов - вызывавшие, в свою очередь, недоумение у меня - в значительной степени разъяснились. Под конец я уже без труда видел схоластические истоки его суждений, четкую иерархичность его мира, ячейки матрицы везде и во всем.

Причем "схоластические" - это не преувеличение. Сквозная тема книги: все беды современных биологов оттого, что они слабо подкованы в "философии". И не раз и не два Чайковский повторяет, что дарвинизм может объяснить только "акциденции" и бессилен против "сущностей" - тех самых, аристотелевских.

И он явно убежден, что это - убойной силы аргумент.

Гудит в костре зола. И что с того, что нас отрезало ото всего?

Эта гениальная песня - супер хит у моей восьмилетней дочки. Знает наизусть, готова петь и подпевать по десять раз подряд без перерыва. И я ее вполне понимаю.

Конечно, это не совсем само получилось. Сначала просто слушала вместе с нами, с удовольствием, но без особенного фанатизма. А потом, в качестве урока русского, я распечатал текст и мы его подробно разобрали - общий сюжет (в который, кстати, и я не с первого прослушивания въехал), точный смысл всех слов и оборотов. Потом просто читали с выражением. Потом слушали и подпевали. И с этого момента - поехало, зацепило, понесло. Теперь это лучшая песня в мире.

И - да. Все-таки драйв в ней поразительный.

А еще говорят - Щербаков "сложный". Ерунда это. Слабые песни (которых, при всей моей к нему любви, у него предостаточно) и правда утомляют. Но когда сочиняется вот такое - все возрасты покорны.